Со́лнце са́дится в ту́чи, дым припа́дает к земле́, ла́сточки лета́ют ни́зко, без вре́мени голося́т по двора́м петухи́, облака́ вытя́гиваются по не́бу дли́нными тума́нными пря́дями — всё э́то приме́ты дождя́. А незадо́лго пе́ред дождём, хотя́ ещё и не натяну́ло ту́чи, слы́шится не́жное дыха́ние вла́ги. Его́, должно́ быть, прино́сит отту́да, где дожди́ уже́ пролили́сь.
Но вот начина́ют кра́пать пе́рвые ка́пли. Наро́дное сло́во «кра́пать» хорошо́ переда́ёт возникнове́ние дождя́, когда́ ещё ре́дкие ка́пли оставля́ют тёмные кра́пинки на пы́льных доро́гах и кры́шах.
Пото́м дождь расхо́дится. Тогда́-то и возника́ет чуде́сный прохла́дный за́пах земли́, впервы́е смо́ченной дождём. Он де́ржится недо́лго. Его́ вытесня́ет за́пах мо́крой травы́, особе́нно крапи́вы.
Характе́рно, что незави́симо от того́, како́й бу́дет дождь, его́, как то́лько он начина́ется, всегда́ называ́ют о́чень ла́сково — до́ждиком.
«До́ждик собра́лся», «до́ждик припу́стил», «до́ждик траву́ обмыва́ет»…
Чем, наприме́р, отлича́ется спо́рый дождь от грибно́го?
Сло́во «спо́рый» озна́чает — бы́стрый, ско́рый. Спо́рый дождь льётся отве́сно, си́льно. Он всегда́ приближа́ется с набега́ющим шу́мом.
Осо́бенно хоро́ш спо́рый дождь на реке́. Ка́ждая его́ ка́пля вы́бивает в воде́ кру́глое углубле́ние, ма́ленькую водя́ную ча́шу, подска́кивает, сно́ва па́дает и не́сколько мгнове́ний, пре́жде чем исче́знуть, ещё видна́ на дне э́той водя́ной ча́ши. Ка́пля блести́т и похо́жа на же́мчуг.
При э́том по всей реке́ стои́т стекля́нный звон. По высо́те э́того зво́на дога́дываешься, набира́ет ли дождь си́лу и́ли сти́хает.
А ме́лкий грибно́й дождь со́нно сы́плется из ни́зких туч. Лу́жи от э́того дождя́ всегда́ тёплые. Он не звени́т, а ше́пчет что́-то своё, усыпи́тельное, и чуть заме́тно возится в куста́х, бу́дто тро́гает мя́гкой ла́пкой то оди́н лист, то друго́й.
Лесно́й перего́й и мох впи́тывают э́тот дождь не торопя́сь, осноВа́тельно. Поэ́тому по́сле него́ начина́ют бу́йно лезть грибы́ — ли́пкие масля́та, жёлтые лиси́чки, боровики́, румя́ные ры́жики, опёнки и бесчи́сленные пога́нки.
Во вре́мя грибны́х дожде́й в во́здухе попа́хивает ды́мком и хорошо́ берёт хи́трая и осторо́жная ры́ба — плотва́.
О сле́пом дожде́, иду́щем при со́лнце, в наро́де говоря́т: «Царе́вна пла́чет». Сверка́ющие солне́чные ка́пли э́того дождя́ похо́жи на кру́пные слёзы. А кому́ же и пла́кать таки́ми сия́ющими слеза́ми го́ря и́ли ра́дости, как не ска́зочной краса́вице царе́вне!
Мо́жно подо́лгу следи́ть за игро́й све́та во вре́мя дождя́, за разноо́бразием зву́ков — от ме́рного сту́ка по тесо́вой кры́ше и жи́дкого зво́на в водосто́чной трубе́ до сплошно́го, напряжённого гу́ла, когда́ дождь льёт, как говори́тся, стено́й.
Всё э́то — то́лько ничто́жная часть того́, что мо́жно сказа́ть о дожде́…