Прилете́ла Му́ха к Челове́ку и говори́т:
— Ты хозя́ин над все́ми зверя́ми, ты всё мо́жешь сде́лать. Сде́лай мне хвост.
— А заче́м тебе́ хвост? — говори́т Челове́к.
— А зате́м мне хвост, — говори́т Му́ха, — заче́м он у всех звере́й, — для красоты́.
— Я таки́х звере́й не зна́ю, у кото́рых хвост для красоты́. А ты и без хвоста́ хорошо́ живёшь.
Рассерди́лась Му́ха и дава́й Челове́ку надоеда́ть: то на сла́дкое блю́до ся́дет, но на нос ему́ перелети́т, то у одного́ уха́ жужжи́т, то у друго́го.
Надое́ла, сил нет! Челове́к ей и говори́т:
— Ну ла́дно! Лети́ ты, Му́ха, в лес, на ре́ку, в по́ле. Е́сли найдёшь там зве́ря, пти́цу и́ли га́да, у кото́рого хвост для красоты́ то́лько приве́шен, мо́жешь его́ хвост себе́ взять. Я разре́шаю.
Обра́довалась Му́ха и вы́летела в око́шко.
Лети́т она́ са́дом и ви́дит: по листу́ Слизня́к ползёт. Подлете́ла Му́ха к Слизняку́ и кричи́т:
— Отда́й мне твой хвост, Слизня́к! Он у тебя́ для красоты́.
— Что ты, что ты! — говори́т Слизня́к. — У меня́ и хвоста́-то нет: э́то ведь брю́хо моё. Я его́ сжима́ю да разжи́маю, — то́лько так и по́лзаю. Я — брюхоно́г.
Му́ха ви́дит — оши́блась, — и полете́ла да́льше.
Прилете́ла к ре́чке, а в ре́чке Ры́ба и Рак — о́ба с хвоста́ми.
Му́ха к Ры́бе:
— Отда́й мне твой хвост! Он у тебя́ для красоты́.
— Совсе́м не для красоты́, — отвеча́ет Ры́ба. — Хвост у меня́ — руль. Ви́дишь: на́до мне напра́во поверну́ть — я хвост впра́во повора́чиваю. На́до нале́во — я вле́во хвост кладу́. Не могу́ я тебе́ свой хвост отда́ть.
Му́ха к Ра́ку:
— Отда́й мне твой хвост, Рак!
— Не могу́ отда́ть, — отвеча́ет Рак. — Но́жки у меня́ сла́бые, то́нкие, я и́ми грести́ не могу́. А хвост у меня́ широ́кий и си́льный. Я как шлёпну хвосто́м по воде́, так меня́ и подбро́сит. Шлёп, шлёп — и плыву́, куда́ мне на́до. Хвост у меня́ вме́сто весла́.
Полете́ла Му́ха да́льше. Прилете́ла в лес, ви́дит: на су́ку Дя́тел сиди́т, Му́ха к нему́:
— Отда́й мне твой хвост, Дя́тел! Он у тебя́ для красоты́ то́лько.
— Вот чуда́чка! — говори́т Дя́тел. — А как же я де́ревья-то долби́ть бу́ду, е́ду себе́ иска́ть, гнёзда для дете́й устра́ивать?
— А ты но́сом, — говори́т Му́ха.
— Но́сом-то но́сом, — отвеча́ет Дя́тел, — да ведь и без хвоста́ не обойдёшься. Вот гляди́, как я долблю́.
Упёрся Дя́тел кре́пким, жёстким свои́м хвосто́м в кору́, размахну́лся всем те́лом да как сту́кнет но́сом по су́ку — то́лько ще́пки полете́ли!
Му́ха ви́дит: ве́рно, на хвост Дя́тел сади́тся, когда́ долби́т, — нельзя́ ему́ без хвоста́. Хвост ему́ подпо́ркой слу́жит.
Полете́ла да́льше.
Ви́дит: Олену́ха в куста́х со свои́ми оленя́тами. И у Олену́хи хво́стик — ма́ленький, пуши́стый, бе́ленький хво́стик. Му́ха как зажужжи́т:
— Отда́й мне твой хво́стик, Олену́ха!
Олену́ха испуга́лась.
— Что ты, что ты! — говори́т. — Е́сли я отда́м тебе́ свой хво́стик, так мои́ оленя́та пропаду́т.
— Оленя́ткам-то заче́м твой хвост? — удиви́лась Му́ха.
— А как же, — говори́т Олену́ха. — Вот пого́нится за на́ми Волк. Я в лес ки́нусь — спря́таться. И оленя́та за мной. То́лько им меня́ не ви́дно ме́жду дере́вьями. А я им бе́лым хво́стиком машу́, как плато́чком: «Сюда́ беги́те, сюда́!» Они́ ви́дят — бе́ленькое впереди́ мелька́ет, — бегу́т за мной. Так все и убежи́м от Во́лка.
Не́чего де́лать, полете́ла Му́ха да́льше.
Полете́ла да́льше и увида́ла Лиси́цу. Эх, и хвост у Лиси́цы! Пы́шный да ры́жий, краси́вый-краси́вый!
«Ну, — ду́мает Му́ха, — уж э́тот-то хвост мой бу́дет».
Подлете́ла к Лиси́це, кричи́т:
— Отдава́й хвост!
— Что ты, Му́ха! — отвеча́ет Лиси́ца. — Да без хвоста́ я пропаду́. Пого́нятся за мной соба́ки, жи́во меня́, бесхво́стую, пойма́ют. А хвосто́м я их обману́.
— Как же ты, — спра́шивает Му́ха, — обма́нешь их хвосто́м?
— А как ста́нут меня́ соба́ки настига́ть, я хвосто́м верть! — хвост впра́во, сама́ вле́во. Соба́ки уви́дят, что хвост мой впра́во метну́лся, и ки́нутся впра́во. Да пока́ разбе́рут, что оши́блись, я уж далеко́.
Ви́дит Му́ха: у всех звере́й хвост для де́ла, нет ли́шних хвосто́в ни в ле́су, ни в реке́.
Не́чего де́лать, полете́ла Му́ха домо́й. Сама́ ду́мает:
«Приста́ну к Челове́ку, бу́ду ему́ надоеда́ть, пока́ он мне хвост не сде́лает».
Челове́к сиде́л у око́шка, смотре́л на двор.
Му́ха ему́ на нос се́ла. Челове́к бац себя́ по носу́! — а Му́ха уж ему́ на лоб пересе́ла. Челове́к бац по лбу! — а Му́ха уж опя́ть на носу́.
— Отста́нь ты от меня́, Му́ха! — взмоли́лся Челове́к.
— Не отста́ну, — жужжи́т Му́ха. — Заче́м на́до мной посмея́лся, свобо́дных хвосто́в иска́ть посла́л? Я у всех звере́й спра́шивала — у всех звере́й хвост для де́ла.
Челове́к ви́дит: не отвяза́ться ему́ от Му́хи — вон кака́я надое́дная!
Поду́мал и говори́т:
— Му́ха, Му́ха, вон Коро́ва на дворе́. Спроси́ у неё, заче́м ей хвост.
— Ну ла́дно, — говори́т Му́ха, — спрошу́ ещё у Коро́вы. А е́сли и Коро́ва не отда́ст мне хвоста́, сживу́ тебя́, Челове́к, со све́ту.
Вы́летела Му́ха в око́шко, се́ла Коро́ве на спи́ну и дава́й жужжа́ть, вы́спрашивать:
— Коро́ва, Коро́ва, заче́м тебе́ хвост? Коро́ва, Коро́ва, заче́м тебе́ хвост?
Коро́ва молча́ла-молча́ла, а пото́м как хлестнёт себя́ хвосто́м по спине́ — и пришлёпнула Му́ху.
Упа́ла Му́ха на зе́млю — дух вон, и но́жки кве́рху.
А Челове́к и говори́т из око́шка:
— Так тебе́, Му́ха, и на́до — не приста́вай к лю́дям, не приста́вай к зверя́м, надое́да.